Трогательная зарисовка о жизни новоуралочки Евгении Засыпкиной в военное время.
В жизни Евгении Федоровны Засыпкиной, как и у всякого человека, было много разных событий: больших и маленьких, счастливых и не очень. Но одно из них глубоко врезалось в память и живет с ней, напоминая о себе щемящей болью несбывшейся мечты.
…Накануне нового, 1943 года, Женю, жившую в поселке городского типа Северский Свердловской области, пригласила к себе в гости двоюродная сестра, заведовавшая начальной школой на станции Полдневая. Девушка обрадовалась и начала собираться. Надела лучшую одежду, в том числе недавно купленную светло-серую шубку из искусственного меха. Дополняли наряд берет и юбка черного цвета. Женечка выглядела почти элегантной, если не брать во внимание валенки и шаль, надетую поверх головного убора.
В годы войны чаще ходили товарные поезда, и северцы упрашивали проводников взять их до соседних станций. Жене повезло: проводница, дородная тетушка с ружьем, оказалась доброй и покладистой женщиной.
На полустанке Разъезд поезд неожиданно остановился и, как оказалось, надолго. Был поздний вечер. Женя выскочила из вагона и, чтобы согреться, стала бегать вдоль состава. И тут заметила, что с другого конца поезда навстречу быстрым шагом идет военный в полушубке, в шапке и сапогах: он тоже разогревался ходьбой. Поравнявшись с девушкой, предложил ей пойти на станцию:
— Пойдемте, наш поезд будет долго стоять, потому что в Полдневой с рельсов сошел состав.
Женя отказалась. Молодой человек ушел, а она продолжала бегать, пока проводница не увела ее в станционное помещение. Женя села на скамейку возле печки-голландки и тут же уснула: разморило в тепле. Сколько так проспала, не заметила, но вдруг сквозь дремоту услышала голос дежурного по станции, худенького усатого старичка:
— Молодому человеку, видимо, нравится девочка, а она спит и хоть бы что.
Женю как будто кто-то толкнул. Она открыла глаза — перед ней стоял тот самый лейтенант, который ходил вдоль состава. В руках держал ее варежки, видимо, упавшие с колен, когда она спала.
— Ваши варежки?
— Мои, — резко ответила девушка, схватила рукавицы и выбежала на улицу. Молодой человек — за ней. Она спряталась за большую березу. Почему так сделала, и понять сама не могла.
Вышла проводница.
— Ты почему ушла? — спросила она. — Обиделась, что ли? Не обращай внимания на старика, он вообще у нас шутник. Но ты действительно понравилась лейтенанту — вон какая красивая! Пойдем обратно.
На станции Женя прошла в другую комнату и стала смотреть в окно.
— Здравствуйте! — услышала она сзади голос. Обернувшись, увидела высокого, стройного военного с красивым и мужественным лицом, которого тогда спросонок и не разглядела.
— Здравствуйте, — проговорила девушка, смутившись.
— Давайте познакомимся.
И у молодых людей потекла беседа. Женя рассказала, что она работает контролером в мартеновском цехе металлургического завода, где варят сталь. Юноше было интересно ее слушать, так как он плохо представлял промышленное производство.
В это время подъехал другой состав из Свердловска. Из вагона выскочил военный и направился в помещение станции. И там произошла неожиданная встреча:
— Алеша!
— Костя!
— Дружище, здравствуй!
Оба лечились в госпитале, и их отправили в Уфалей временно поработать в милиции.
— Костя, знакомься. Это Женя, — и Алексей улыбнулся.
Вскоре дали сигнал отправления.
— Ну, езжайте с Богом, — сказал на прощание молодежи старичок-дежурный и вздохнул тяжело: война, что-то ждет ребят.
Парни уговаривали девушку ехать до Полдневой с ними, но она не решалась. Поддержала проводница:
— Езжай, Женя. Мальчики хорошие, не обидят.
За разговорами незаметно пролетело время. Молодым людям жаль было расставаться.
— Я приеду к тебе, — сказал Алеша.
— Запиши адрес.
— Мне моя голова никогда еще не изменяла, — засмеялся парень и постучал себя по лбу. — Приблизительно 15 января жди.
Женя объяснила, как доехать до поселка Северского и как ее там найти, но почему-то не поверила, что он может приехать. А между тем в сердце шестнадцатилетней девушки зародилось первое теплое, радостное чувство…
Погостив в Полдневой, Женя вернулась домой.
…Прошел январь, прошел февраль. Наступила весна. 8 Марта Женя стала собираться на праздничный вечер в клуб. Надела серую шубку, ту же черную юбку и берет. И в это время зашла соседка Мокрицкая.
— Стой! — воскликнула она.
— Стою, — весело откликнулась Женечка и шутливо покрутилась на каблучках.
— Ой, ой, ой! — запричитала женщина. — Что ты наделала?!
— Что она наделала?! — выскочила из-за печки с ухватом Женина мать.
— Я не знаю, что я наделала, — растерялась Женя.
— Так это не тебя ли два лейтенанта, Леша и Костя, искали в январе?
— Меня… — произнесла упавшим голосом девушка и тяжело опустилась на табуретку. Лицо ее побледнело.
— Так зачем ты имя-то им наврала?
— Как наврала?
— Они Тоню искали.
Какую Тоню? Девушка вообще не любила это имя, так как рядом с их домом жила Антонида, которой родители Жени доверяли, а она приворовывала.
— Это было 15 января, — продолжала соседка, — зашли в дом два статных лейтенанта и спросили у меня Тоню. Я говорю, у нас нет Тони. Тогда они подошли к вашему дому, но у вас никого не было. Парни кинулись в другой дом, по соседству с вами, а там Антонида выплыла навстечу: «Я — Тоня». «А нам надо молодую девушку Тоню», — говорят ребята. «А молодой нету», — фыркнула соседка и пошла восвояси. Лейтенантики, обойдя улицу, так и не нашли девушку, которую искали. А было холодно, они опять ко мне пришли и попросили напоить их чаем. Я налила. За столом Костя упрекал Лешу: «Вот, поверил уральским девчонкам. Приехали — никто и не знает Тоню». Леша сильно переживал. Открыл чемодан, а там — сахар, сало, хлеб. «Это все я вез для нее, — сказал он. — Хотел с собой взять Женю, увезти к родителям на Северный Кавказ, я у них один сын. Ей было бы там хорошо. Здесь ведь тяжело работать на заводе».
В тот день соседи, первый раз увидев Женю в шубке, спрашивали: «Это не тебя ли искали лейтенанты?».
Девушку охватило тягостное чувство. И женский праздник ей был не в радость. «Но почему так получилось? — размышляла она. — Эх, Алеша, понадеялся на свою память и зря Тоню какую-то искал». И себя девушка тоже корила за то, что серую шубку не надевала. Если бы соседки видели ее в этой шубке раньше, они бы обязательно назвали имя Жени, потому что те подробно описывали, в чем была одета девушка.
Соседские женщины жалели Женю, они так хотели ей счастья…
Больше Женя никогда не видела полюбившегося ей юношу. Видно, не судьба. Прошли годы, десятилетия, но не могла Евгения Федоровна забыть этой встречи.
— Может, и жизнь была бы у меня другая, — говорила она, — уж очень парень понравился, хороший был.
И, может быть, стерлась бы из памяти эта мимолетная встреча, если бы жизнь удалась…
Ее счастьем, ее опорой стали дети и внуки.